Логин: Пароль: Забыли пароль? Регистрация
Новые сообщения · Пользователи · Правила форума · Правила раздела "Скачать" · Поиск

  • Страница 29 из 29
  • «
  • 1
  • 2
  • 27
  • 28
  • 29
Модератор форума: Bre, SmBH, Rayman  
Форум » Фанфикшен » Фанфикшен » Фарс. Скофшкитеры к бою (Новые неприятности Скофилда)
Фарс. Скофшкитеры к бою
MeiseДата: Пятница, 31.07.09, 20:16 | Сообщение # 561
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
Quote (Livans)
Покупайте овощное рагу КеллерБарр и вы останетесь довольны. Наше качество оправдывает ваши средства!

В обнимку!!! Это будет говорить Келлерман в обнимку с Красным Перчиком!!!
Путь Кэролайн видит, чтоу него все хорошо. :D
А на выпускаемых баночках будет красоваться портрЭт бабули Розалэ. Анкл Бенс по сравнению с этим должен курить в сторонке lol


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
LivansДата: Пятница, 31.07.09, 20:25 | Сообщение # 562
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
Quote (Meise)
А на выпускаемых баночках будет красоваться портрЭт бабули Розалэ. Анкл Бенс по сравнению с этим должен курить в сторонке

Это будет компания "Грэнни Розалэ" с линией прдуктов "КеллерБарр - только свежие овощи". Анкл Бенс не выдержит конкуренции.... Авторитет Бабули его просто похоронит. lol ... Келлерман, на правах будущего владельца контрольного пакета акций самолично будет контролировать выпуск и поставки продуктов этой линии потенциальным клиентам. Барроуз будет на развозе. То есть на поставке. Он в наследниках бабули не значится lol lol lol lol
Но в рекламе они снимутся вместе, так как Келлерман поймет, что нужно использовать типаж работников на благо компании "Грэнни Розалэ" lol lol lol lol lol lol lol lol .


just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
MeiseДата: Пятница, 31.07.09, 20:35 | Сообщение # 563
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
Грэнни Розалэ... lol lol lol Штрудель!!! Обязательно должен выпускаться штрудель!!! :D
А Гретхен вполне может занять место начальника службы безопасности. И пресекать любые попытки промышленного шпионажа.
Quote (Livans)
Но в рекламе они снимутся вместе, так как Келлерман поймет, что нужно использовать типаж работников на благо компании "Грэнни Розалэ"

" - Эй ты, да ты, бритенький. Иди-ка сюда, ты у нас самый фотогеничный, на рекламу пойдешь!" lol


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
LivansДата: Пятница, 31.07.09, 20:43 | Сообщение # 564
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
Quote (Meise)
А Гретхен вполне может занять место начальника службы безопасности. И пресекать любые попытки промышленного шпионажа.

Да думаю Грет и Келлерману впору начать акцию по добыванию контрольного пакета акций раньше положенного срока lol lol lol lol . То есть Грет будет пытаться реализовать это дело на практике, а Келлерман будет носиться вокруг бабули как вокург куринной ножки для того, чтобы "невеста" не "обогатила" его преждевременно. lol lol lol lol lol lol lol . А Барроуз пока там эти пляски организует митинг профсоюза и они будут требовать декретных отпускных (с).... lol lol lol lol lol lol

Quote (Meise)
" - Эй ты, да ты, бритенький. Иди-ка сюда, ты у нас самый фотогеничный, на рекламу пойдешь!"

- Я без декретного отпуска не снимаюсь! crazy lol lol lol lol lol


just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
MeiseДата: Пятница, 31.07.09, 20:48 | Сообщение # 565
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Livans)
- Я без декретного отпуска не снимаюсь!

lol lol lol lol lol lol lol lol lol Привет лобным долям и отстающим большим пальцам lol lol lol lol
Quote (Livans)
а Келлерман будет носиться вокруг бабули как вокург куринной ножки для того, чтобы "невеста" не "обогатила" его преждевременно.

А бабуля возьмет и скажет, что передаст все свое состояние только маленьким Келлерманчикам - и пусть выкручиваются, как знают lol [/off]


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
LivansДата: Суббота, 01.08.09, 21:18 | Сообщение # 566
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Meise)
А бабуля возьмет и скажет, что передаст все свое состояние только маленьким Келлерманчикам - и пусть выкручиваются, как знают

И они будут знать!!!! На правах старой близкой знакомой, Гретхен обратится к уже развивающему карьеру на своей славянской родине Генералу, и попросит его о небольшой услуге в области продвинутых технологий.... и вуаля - по заказу бабули на свет появится столько Келлерманчиков, сколько она возжелает... crazy lol lol lol [/off]


just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
MeiseДата: Воскресенье, 02.08.09, 22:27 | Сообщение # 567
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Livans)
Гретхен обратится к уже развивающему карьеру на своей славянской родине Генералу, и попросит его о небольшой услуге в области продвинутых технологий.... и вуаля - по заказу бабули на свет появится столько Келлерманчиков, сколько она возжелает...

Генерал их лепить будет? Из глины? lol
Атака клонов, блин... lol [/off]


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
BreДата: Понедельник, 03.08.09, 00:03 | Сообщение # 568
Personal Idol
Сообщений: 3639
пользователь оффлайн
Чтение главы, однако, растянулось надолго :p

Больше всего порадовала аккуратно выписанная сцена любви Гретхен и Линка ^_^ Это ж надо так лихо кинуть мужика!. Бесчувственная стерва!.. Знает толк в пытках. И в бдсм, судя по всему lol

Ждём продолжения :) Думаю, Мелл таки выживет ;)





Сообщение отредактировал Bre - Понедельник, 03.08.09, 00:04
 
LivansДата: Понедельник, 21.12.09, 00:44 | Сообщение # 569
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
Сквозь палящее солнце, безудержные стихии и лютый мороз мы шли к вам.
Путь этот был долог и тернист, но мы дошли до вас, дорогие читатели и готовы представить вам еще один день жизни Фарса!
И вновь вас ждут незабываемые эмоции и впечатления! Располагайтесь поудобнее и внимайте нам! Встречайте Возвращение Фарса!
Итак День Десятый от Рождества Фарсова...

Глава 10 - «Вжик и попался»

Помощник Генерала Кранца, словно напористый майский ветер, промчался по коридору и остановился у дверей его кабинета, учтиво пропуская впереди себя штатного официанта, вкатывающего в кабинет тележку с обедом Генерала.
Кранц, восседая за столом с уже завернутой за ворот рубашки салфеткой, встретил въезжающее блестящее в лучах солнца посеребренное блюдо с нежностью в глазах, предвкушая как неповторимо приготовленная его личным поваром форель подарит его вкусовым рецепторам минуты наслаждения.
Помощник, прекрасно понимая, что Генерала лучше не радовать новостями о Скофилде, пока он не расслабится под воздействием любимого блюда и вина, встал в стороне, ожидая, когда Кранц сочтет нужным его выслушать, сложив руки за спиной и думая о том, что у него и самого теперь есть зуб на покрытого татуировками парня: из-за всей этой чехарды с ним, сегодня у него не было ни маковой росинки во рту.

Положив кусочек форели себе в рот, Джонатан Кранц на пару мгновений мечтательно закрыл глаза, но вспомнив, что помимо него в кабинете сейчас находятся и другие люди, быстро взял себя в руки и, придав своему лицу суровое выражение, потянул руку к бокалу белого вина.
Пока один из его сотрудников, сидя напротив, докладывал последние данные по обстановке в Ираке, Генерал изо всех сил старался сосредоточится на получаемой информации, но все же не мог избавиться от странного ощущения беспокойства. Так обычно чувствуют себя, если что-то забывают. И прокручивая в голове все, что он сегодня делал и что только предстояло сделать, он пытался понять, что идет не так и что же он мог позабыть.
- Отлично, Джим, хорошая работа. – Генерал одобрительно кивнул докладчику. – Проследи лично за поставками оружия. И пусть больше никаких проблем с прессой не будет.
Джим, спеша воплотить все просьбы Генерала в реальность, встал и покинул кабинет, в котором теперь оставались лишь Кранц и его помощник, который недвусмысленно выдавал себя, как гонца с дурными вестями выступившем на его лбу потом.

Кранц, отлично знающий все повадки своих приближенных, кинул на помощника более чем недовольный взгляд, и прежде чем дать ему слово, осушил бокал вина до дна, пытаясь сделать бередящее душу беспокойство менее ощутимым.

- Докладывай. – Джонатан, прихватив бутылку вина и бокал, занял свое привычное место за столом красного дерева и, сняв салфетку с ворота, поправил серебристый, в синюю полоску галстук.

- Генерал... - Личный помощник Кранца встал перед его столом и стал докладывать как на плацу. - Скофилд сбежал вместе с одной из сотрудниц Алдо Барроуза, но вторая по всей видимости была убита.
- Кто? - Кранц снова схватился за галстук, показавшийся ему в эту минуту удавкой, лишающей его возможности сделать глоток такого необходимого воздуха. Так вот что он чувствовал, вот что его беспокоило все это время… - Кто? Я требую ответа!
- У нас нет точных сведений... - Предчувствую, что ураган Катрина просто сущие мелочи по сравнению с тем, что грядет в этом кабинете, помощник принялся за осуществление плана "отступление" из кабинета Генерала.
- У вас нет точных свединий?! - Взревел Кранц, сметая одним профессиональным движением все, что имело несчастье находиться на его рабочем столе красного дерева. Поток папок и прочих канцелярских предметов разлетелся во все стороны, и стремительно теряющий цвет лица помощник, прикрыл голову руками, опасаясь, что какой-нибудь карандаш попадет прямиком в его глаз.
- Прочь! - Продолжал свирепствовать Джонатан, срываясь на крик которого в этих стенах еще не слышали. - Пристрелю! Всех пристрелю! Сам лично положу всех! – И, подкрепляя свои слова действиями, Кранц схватил бутылку вина и со всего размаха запустил им в сторону посеревшего помощника. Каким-то чудом, несчастной жертве генеральского гнева удалось увернуться и бутылка, встретившись со стеной, разлетелась на крупные осколки, а драгоценные капли Шато Мутон 1947 года покрыли собою все в радиусе метра.
Почтя за лучшее последовать прямому приказу Генерала, помощник кинулся к двери и ретировался со скоростью света, что указывало на его высокую квалификацию и редчайшую подготовку.
- Убили… - Обессилено простонал Кранц, облокотившись на разоренный стол и, опустив плечи под гнетом опустившегося на него горя. - Я всегда знал, что убью тебя Лизхен Норган. Но мой сын… Мой сын… – Не выдержав натиска собственных мыслей, Кранц всхлипнул и, проковыляв в самый дальний угол своего кабинета, нажал на едва заметный выступ за торшером, расположенном на невысоком столике из чистого дуба. С легким поскрипыванием самая дальняя стена отъехала в сторону, открывая взору неглубокую нишу, размеры которой позволяли вместиться в ней лишь одному человеку. Быстро войдя внутрь, Кранц нажал на такой же выступ внутри самой ниши, и стена почти также неслышно закрылась за ним. Повернувшись спиной ко входу Кранц, обратил свой взор на большую, старую, славянскую икону, которая висела на противоположной стене. Икона ответила ему грустным взглядом Девы Марии. Протянув руку, Кранц взял с маленького выступа в стене тонкую, длинную свечу и, поднеся ее к уже зажженной, стоявшей в высоком церковном подсвечнике, поставил свечу рядом с ее сестрой.
- Это был мой сын! – Кранц не мог удержаться от горьких дум. – Это был мой последний шанс!
И, разбередив свои раны еще сильнее, Джонатан всхлипнул и молитвенно сложил руки.
Бремя горечи прожигало его насквозь и, казалось, нигде не было от него спасения.
- Отче наш, Ти що єси на небесах, нехай святится ім’я Твоє, нехай прийде царство Твоє, нехай буде воля Твоя… - Начал бубнить Джонатан, совершенно не вдумываясь в суть сказанного, но чувствуя, как эти слова, которые пришли из его далекого, почти забытого детства, где бабушка каждый день учила его правильно и со смирением произносить их, устремив свой внутренний взор на свои поступки, словно бальзам немного облегчают его душу, спасая от этой невыносимой утраты. - як на небі, так і на землі. Хліб наш насущний, дай нам, сьогодні; і прости нам провини наші, як і ми прощаємо винуватцям нашим; і не введи нас у спокусу, але визволи нас від лукавого. Бо Твоє є царство, і силa і слава, на віки вічні.
С трудом произнося эти слова, будучи не совсем уверенным на каком они языке, Кранц испытал немалое облегчение, когда, наконец, дошел до последнего слова и смог объявить «Амінь».
«Ах, Бабушка. Могла ли ты подумать, что через столько лет Джонатан Кранц все еще будет помнить эти странные напевные слова…» - пронеслось в голове Генерала. И тяжело подняв взгляд на икону, он почувствовал себя как никогда несчастным в своей жизни. Ощутив, что глаза подозрительно защипало, так, как Генерал Джонатан Кранц отлично это помнил, щипало последний раз давным-давно, когда его горячо любимая бабуля скоропостижно покинула этот мир.
Зажмурив глаза, стараясь прогнать навязчивое следствие свалившегося на него горя, Кранц, открыв их через несколько секунд вновь взглянул на Богоматерь, которая озаряла молельню своей кроткой и всепонимающей улыбкой. И в ту же секунду что-то вдруг изменилось и Генерал почувствовал, как сердце его застучало так быстро, что могло бы с легкостью пробить брешь в его грудной клетке.
Черты, запечатленные в блеклых старинных красках иконы вдруг стали расплываться перед ним. Глаза Девы Марии раскрылись и из карих превратились в серые с тем самым оттенком серебристого льда, который Джонатан запомнил навсегда: именно такой невероятный оттенок глаз был у его бабушки, когда она нежно смотрела на него, называя странным словом Джонотусыку, которое имело какое-то отдаленное отношение к его имени. В следующее мгновение Богоматерь подняла чуть склоненную голову и лицо ее преобразилось: потрескавшаяся от времени краска превратилась в тонкую паутину морщин, а улыбка стала настолько теплой и родной, прямо как каждый раз, когда он, Джонатан, падал и больно ударялся, а бабушка всегда могла успокоить его и прогнать боль.
И уже не было иконы, в прозрачном мерцании лампад стояло лицо его родной бабушки, которая смотрела на него с безграничной любовью. А позади нее можно было разглядеть красный орнамент из птиц и цветов, какой был ни на чем ином, как на старинной бабушкиной печке. И Генерал мог отчетливо ощущать жар, идущий от нее, и он готов был поклясться, что вдыхает аромат пряных полевых трав и запах свежего хлеба, только что вытащенного из недр печи.
- Бабушка… - Обескуражено прошептал Кранц и даже не заметил того, что слезы стали жечь глаза еще сильнее от таких далеких воспоминаний о временах, когда он был абсолютно счастлив.
- Джонотусику, милий, що сталося? Тобі болить?
- Бабушка… Это правда ты? Я так скучал…
- Що таке, Джонотусику? Хто тебе образив*?
- Это все Скофилд… - Генерал чуть слышно всхлипнул. – Мой сын… Это все из-за него…
- Джонатусику, касатік, згадай чому я тебе вчила. Невже ти забув?
Генерал Кранц, несмотря на то, что бабушка говорила на странном и не понятном для него языке понимал ее, как если бы она говорила на чистом, безукоризненном английском. Ее слова, такие далеко-родные по звучанию, лились на его сердце живительной влагой и он точно знал, что уж кто-то, а бабушка всегда может его успокоить.
- Ты учила меня всегда быть вежливым, смелым и верить в промысел Божий… - Тихо пробормотал Кранц и послушно склонил перед образом бабушки голову.
- Ото ж , Джонотусику. Ну, буде тобі сумувати! Вір в промисел Божий і усе владнається!*
Бабушка протянула свои призрачно – сияющие ладони к Кранцу и нежно коснулась его плечей.
- Бабушка! Замолви там словечко… Это же мой сын… Пусть это будет не правдой…
Генерал, молитвенно сложив ладони, преданно посмотрел в глаза бабушки.
- Бабуся все влаштує*, Джонотусику! А ти веди себе добре і не давай себе в образу! – Бабушка поучительно потрясла перед Кранцем своим призрачным указательным пальцем. – І не звертайся так погано зі своїми людьми! Будь вихованим хлопчиком! Адже вони стараються, працюють на тебе!*
- Но бабушка, они все делают неправильно! – Возмутился против такого наставление Кранц, будучи в полной уверенности, что коэффициент идиотизма его людей порою зашкаливает.
- Все одно будь добрішим до них! Не забувай все, що я говорила тобі! І припини тільки що - кричати на них! Хіба я, щоб щось попросити тебе щось зробити, кричала? Ні, Джонотусику! Завжди тільки ласкою і ніжністю!
- Но бабушка!.. – Генерал, почувствовав себя провинившимся ребенком, смущенно стал разглядывать носки своих ботинок.
- Бабуся любить тебе, Джонотусику! І вона хоче знати, що виховала добру людину! Чи мені знову взяти той вербовий прут?
- Только не прут! – Тут же среагировал Генерал, а его зад вдруг вспомнил воспоминания многолетней давности.
- Не огорчай меня, Джонотусыку!
- Помоги мне разобраться со Скофилдом! – Нежно улыбнувшись ,попросил Генерал, будто он вновь в далеком детстве, носит короткие штанишки и его задирает соседний мальчишка.
- Та хіба я залишала коли-небудь свого рідного Джонотусику? Навіть не дивлячись, що ти ласий до жінок!*
- Что? – От такого внезапного поворота, Кранц даже подпрыгнул.
- А те, Джонотусику, що ти як півень який за всіма дівками по селу бігаєш, у той час, коли тобі вже давно пора знайти гідну і єдину курку-несучку!*

Кранц, которого вновь задели за живое, еле сдержал стон, который грозился вырваться каждый раз при мысли о его возможно потерянном сыне.
- Бабушка… Одна такая несушка должна была скоро подарить мне сына… Прошу тебя, сделай так, чтобы я увидел его живым и здоровым!
- Ну хіба ж я не допоможу своєму улюбленому онукові? Поводься добре, Джонотусику! Не примушувай мене турбуватися за тебе!
Бабушка, в последний раз подарив полный любви взгляд, улыбнулась и растворилась в неровном тонком пламени свечей. Генерал почувствовал легкое дуновение ветра, которое уносило с собой запах свежего хлеба и закрыл глаза. Когда же он их вновь распахнул, то увидел, что образ Девы Марии как и прежде застыл на старой иконе и блики от лампад придавали ей святой ореол.
- Не забудь о моем сыне, бабушка! – Крикнул ей вслед Кранц.
Он тряхнул головой, словно пытаясь упорядочить весь калейдоскоп мыслей и от безумной «Я видел бабушку!» перейти к более адекватной «Пора прекращать пить коньяк по утрам». Но нежная улыбка и прикосновения до сих пор ощущались им как нечто более чем реальное, что давало покой, опору и веру в лучшее.
Генерал бросил еще один взгляд на икону и сделал то, что после всего произошедшего уже не казалось чем-то немыслимым – он три раза перекрестился и, поклонившись иконе, вышел из своего тайника.

Глубоко вдохнув воздух, в котором до сих пор витал запах разлитого вина, Кранц обвел взглядом свой кабинет, словно видел его впервые и, поправив болтающийся галстук, направился к своему столу.
Что бы это ни было, но ему действительно пора брать себя в руки, если он, Джонатан Кранц не хочет оказаться как минимум в больнице.
Вызвав к себе многострадального помощника, голос которого совершенно неприкрыто подрагивал даже при телефонном разговоре, Генерал твердо решил быть более снисходительным и добрым к своему подчиненному.
Как только помощник заглянул, с опаской оглядываясь по сторонам, в кабинет, Кранц первым делом одарил его своей самой доброжелательной улыбкой. Совершенно не зная того, что для помощника эта улыбка была сродни оскалу Бандерлога, Кранц был весьма доволен собою и тем, что бабушка может им гордится.
- Мы знаем, где они находятся сейчас, Генерал! – Отрапортовал помощник, стараясь занять такую позицию, в которой бы в него ничего не прилетело.
- Отлично, Саймон! – На душе у Генерала действительно стало лучше. Он успокоился, хотел быть более мягким и конечно же он верил в то, что бабушка поможет его сыну. – Посылай людей. Но на этот раз никаких убийств. Лизхен Норган нужна мне живой – и помоги вам Бог, если пострадала она. И Скофилд тоже нужен мне живым.
Генерал еще раз улыбнулся и, довольный собой, расположился перед своим паззлом.

.....................................................

образив* - обидел
Ну, буде тобі сумувати! Вір в промисел Божий і усе владнається!* - Ну будет тебе печалиться! Верь в промысел божий и все образуется!
- Бабуся все влаштує* - бабушка все устроит
Будь вихованим хлопчиком! Адже вони стараються, працюють на тебе!* - Будь воспитанным мальчиком! Ведь они стараются, работают на тебя!
- Навіть не дивлячись, що ти ласий до жінок!* - Даже несмотря на то, что ты падок на женщин.
- А те, Джонотусику, що ти як півень який за всіма дівками по селу бігаєш, у той час, коли тобі вже давно пора знайти гідну і єдину курку-несучку!* - А то, Джонотусыку, что ты как петух какой за всеми девками по деревне бегаешь, в то время, когда тебе уже давно пора найти достойную и единственную курочку-несушку!



just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
MeiseДата: Понедельник, 21.12.09, 00:45 | Сообщение # 570
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
.......................................................................................................................

Аккуратно, стараясь не причинить боли, Майкл опустил Мелл на заднее сидение серой развалины. Он старался не думать о том, способна ли Мелл все еще испытывать боль. Дыхание не прослеживалось, а вся ее одежда, да и его с Лиз тоже, была насквозь пропитана кровью. Мелл была прозрачно бледной. Сомкнутые веки заставляли ресницы оттенять и без того белые щеки. Стараясь отогнать от себя самую страшную мысль, о том, что поздно, и ничего уже не исправить, всеми силами заталкивая эту непрошенную мысль куда-то вглубь, Майкл развернулся к Лиз, и на ходу, садясь в машину, бросил ей:

- Лиз сядь сзади с Мелл, придержи ее, чтобы она не упала.

Лизхен, быть может, самую малость отличающаяся бледностью от прозрачности Мелл, с трудом ловя воздух губами, забралась в машину и положила голову подруги к себе на колени. Она почти не могла дышать, всхлипывая без остановки и не переставая звать Мелл, прося ее открыть глаза. Слезы сами собой катились по ее щекам и падали на лицо и грудь Мелл.

- Мелли… ну пожалуйста-а-а… пожалуйста… открой глаза… слышишь?...Ты не можешь… не можешь… ты мне обещала… - Бессвязный поток слов перемежался всхлипами, а затем срывался до едва различимого шепота. Опустив голову к лицу Мелл, пытаясь уловить хотя бы слабое дыхание, Лиз, глядя в это самое близкое, родное и единственное оставшееся у нее на этом свете лицо, ощутила новый приступ паники и боли. Нет. Только не Мелл. Только не она. Кто угодно, но не Мелл, не сейчас и не так. - Майкл быстрее! Она истекает кровью! Скорее, в больницу! - И заставив себя сделать глоток воздуха, Лиз ощутила, как уколом в сердце отозвался сжимавший ее страх.

Резко повернув ключ зажигания и, взметнув облако пыли, Майкл сорвал машину с места и устремил ее вдоль шоссе Оушн-Авеню.

Почти не сводя глаз с зеркала заднего вида, он всматривался в безжизненное лицо Мелл, снова и снова отгоняя от себя мысли о том, что они опоздали, ведя машину по направлению к Лос-Анджелесу. Им нужна была больница, но везде были люди Генерала. Кинув быстрый взгляд на Лиз, Майкл отвел глаза. Это неприкрытое горе, обнаженное в своей глубине и неподдельности являлось обратной стороной его собственного, еще совсем недавнего отчаяния. И сейчас, физически зная, что испытывала Лиз в эти минуты, Майкл вдавил педаль до упора, хотя, казалось, сильнее было некуда. Сознание, закаленное последними месяцами его жизни, с того момента как он переступил порог Фокс Ривер, сконцентрировалось на одном - им нужно скорее добраться до больницы, с или без людей Генерала, оставляя в спасительном сумраке понимание того, что это не боль Лиз, а его собственная падает на самое дно сердца.

- Лиз. Нам нужна больница, но… - Начал было Майкл, снова взглянув в зеркало, пытаясь поймать взгляд Лизхен.

- Кранц. - Придерживая Мелл, Лизхен пыталась зажать рану руками, и теперь на ней не было сухого места. Светлые белокурые волосы, руки, она вся были пропитаны кровью Мелл. - Нн-ам нне-ель-зя в госпиталь ЛА, - чуть задыхаясь, произнесла она, не в силах перестать всхлипывать.

- У нас нет времени на поиски другой больницы. - Возразил Майкл чуть жестче, чем сам того хотел. - Мы можем не успеть.

Снова наклонившись к лицу Мелл, Лизхен прикоснулась своей щекой к ее, и прошептала так, чтобы Майкл не мог расслышать:
- Мы успеем. С тобой ничего не случиться. Потому что я рядом. Только ты не уходи, ты мне обещала.

- Поверни на Санта-Монику, там есть больница, в которой… - На какую-то долю секунды она замолчала, но тут же продолжила - Там не будет людей Генерала. Я знаю. Быстрее. - Добавила Лиз, чувствуя холод щеки Мелл.

Вывернув на трассу, ведущую по направлению указанному Лизхен, Майкл старался просчитать все ходы и выходы, на случай, если Лиз, все же, ошибается и их встретят люди Кранца. Время уходило вместе с каждым метром дороги, оставленным позади, и если уже не было поздно, больница к которой они направлялись, была единственной, где оставалась слабая надежда спасти Мелл. До другой они просто не доедут. По крайней мере, не втроем. Понимая, что в сложившихся обстоятельствах, в случае неудачи они явятся для Кранца эквивалентом дичи на блюде, Майкл продолжал гнать серую развалюху навстречу полной непредвиденности, которой грозило обернуться для них появление в подобном месте. Поток мыслей, о Генерале, его людях в доме убитого архитектора компании «Империал Архитэкт», о том, как быстро Генерал узнал о направлении, в котором они работают, со скоростью света проносились в его мозгу. Но все это не могло заставить отступить назад мысль, твердо засевшую с той самой секунды, как Мелл упала на его руки - лишь бы не опоздать. Лишь бы не опоздать и рядом с этим мысли о Кранце обретали единственное значение - он мог явиться преградой в больнице, и Мелл могла умереть.

… Подъехав к серому, одноэтажному зданию, ничем не выделявшемуся на фоне таких же старых и обшарпанных домов, расположившихся на этой улице, и лучше, чем что либо иное демонстрирующих бедность этого района, Майкл резко притормозил чуть подальше от входа и дернув ключ зажигания вышел из машины. Подняв Мелл на руки, чувствуя как ее влажная, залитая кровью футболка прикасается к нему, он обернулся к Лиз и произнес:

- Останься. Если там люди Кранца, успеешь уйти.

- Исключено. - Голос Лиз, хоть и не был похож на обычный, все же стал спокойнее и жестче. И она почти уже не всхлипывала. - Скорее.

… Серый, грязный, совершенно не подходящий тому назначению, которым он обладал, больничный коридор перед реанимацией, где находилась Мелл, был совершенно пуст. Редкие сестры, быстро проходившие по нему в разном направлении, были единственным источником шума, и только флуоресцентная лампа, мигавшая время от времени и издававшая непрекращающееся жужжание, не позволяла больной, мертвой тишине упасть на это пространство. Времени не было. Оно казалось бесконечным, как и грязный коридор, в котором они ждали. И было почти невозможно сказать, сколько времени Мелл находится за этой дверью. Может быть, ее уже не было. Но они ждали. Ждали, каждый погруженный в собственную пропасть, не имея ни желания, ни сил для разговора. Ни даже для того чтобы обмануть друг друга и сказать, что все будет хорошо. Им не нужно было врать друг другу. Они оба слишком хорошо знали бесполезность этих слов, очевидность ситуации и тяжесть не отпускающей надежды. Время в этом коридоре и палате за наглухо закрытой дверью измерялось ударами сердца одного человека, который, быть может, именно в эту минуту делал последний вздох…

… Лизхен сидела на пластиковом стуле, привинченном к полу, уперев взгляд в противоположную стену. Ничего не цепляло ее внимание - ни грязный, почти бесцветный от слоя пыли на нем стул, на который она опустилась после того, как за Мелл захлопнулась дверь в операционную, ни точно такая же, с облупившейся кое-где грязно-голубой краской стена, о которую она облокотилась. Лишь плотно сжатые кулаки, так, что костяшки пальцев побелели, а на тонких запястьях проступили вены, свидетельствовали о крайнем напряжении, в котором она находилась.

Она видела, что Майкл сидит, опустив голову на ладони, и могла догадаться, или по крайней мере, ей так казалось, о чем он думает. Но ничего не могло избавить ее от ощущения, что это ее горе, ее рана, ее боль и … ее вина. Ее и ничья больше. Потому что Мелл была только ее. Только ее, по-настоящему близкой, родной и единственной сестрой, которая была у нее в жизни. Единственной, о ком она могла заботиться, и кто заботился о ней. И это она не справилась со своей ролью. Не смогла защитить ее, уберечь, спасти. И теперь по ее вине Мелл уходит за этой дверью. И она, Лиз, остается совсем одна. Одна вместе с этим ненужным, почти ненавидимым ребенком, который никогда не станет важным для нее, не заменит ей ни Мелл, ни Алдо, и которого в эту минуту она ненавидела почти также сильно, как и его отца. И чем больше боль и страх от потери Мелл сдавливая вены, погружали ее в бездну пустоты, тем больше она ненавидела ребенка, чье сердце ровно отстукивало удары под ее собственным.

Мелл оставалась в ее жизни единственным, что могло причинить ей такую боль. Тем, что было смыслом и причиной ее дальнейшего существования, тем, что раз и навсегда отделило ее от той жизни, из которой она пришла, от того, что было до них. До Мелл и Алдо. И закусив губы до крови, она твердила про себя, что не отпустит Мелл, запрещая себе погружаться в отрывочные картины из прошлого, то и дело возникающие перед ее глазами, где они были вместе с Мелл, а иногда и Алдо. Чувствуя, что этим она как будто отпускает ее, соглашается с ее уходом. А это было тем, что Лиз знала, она никогда не сумеет ни принять, ни понять… ни жить с этим.

Все перемешалось в ней - страх потерять единственного близкого человека, боль от сознания этой потери, но больше всего мозг раздирал страх одиночества. Она снова оставалась одна. Снова была никому не нужным, брошенным в этом безумии жизни, ничего не понимающим ребенком. И рядом не было никого. Ни Алдо, ни Мелл, которую она теряла прямо сейчас. И ей казалось, что в эти медленные минуты, текущие по венам вместо крови, она теряет их обоих. И его тоже. Боль еще не успевшая стать глухой и покрыться защитным панцирем времени, всколыхнулась в Лиз и слезы снова покатились по щекам, заставляя судорожно вздрагивать плечи. Она всегда знала лишь одни потери, никогда не имела ничего, и обещала самой себе, что Мелл она никогда не потеряет. Чего бы ей это не стоило. И вот теперь Мелл почти стала завершающим звеном в цепи потерь Лиз. Тем звеном, которое делало ее дальнейшую жизнь бессмысленной, ненужной, одинокой. Не имеющей значения ни для кого. И менее всего для нее самой…

…Провалившись в медленное ожидание, Майкл, перестав сопротивляться чему-то, чего он так старательно и осознанно пытался избежать все последнее время, мысленно смотрел на осколки того, что стало его жизнью. Сейчас, когда Мелл была между этой самой жизнью и смертью, не было смысла обманывать себя или пытаться перестать думать о том, что стало главным. Не было ни смысла, ни желания. Бесконечный, беспрерывный поток, не выпускавший его с того дня, когда он пообещал брату вытащить его из тюрьмы, казалось, замер здесь. Перед этой дверью. За которой, возможно, уходил из жизни человек, ставший в такой короткий срок ближе и значимее, чем он сам мог представить. Человек, которого, по сути, он не знал настолько хорошо, чтобы можно было допустить такой поворот событий. Но, который, так или иначе, подсознательно, превратился, подобно Линку, в смысл того, что он делал, заняв место где-то рядом с братом в его сердце.

Мысли сталкивались и переплетались с обрывками картин, которые возникая на краю сознания, сменялись другими. Вот Мелл кривит губы, отказываясь зашить его рану… и тонкие пальцы уверенно прикасаются к его коже. Вот она, стоя посреди фойе компании «Империал Архитэкт», кричит, чтобы к ней не подходили… Вот он держит ее за плечи, и ее темные волосы скользят между его пальцев. Большие, карие глаза распахнуты и ждут… Вот она в гостиной, безжизненно смотрит на него, говоря, что не оставит единственного близкого ей человека. И он понимает, что она имеет в виду. Знает все ее слова. Вот он чувствует прикосновение ее слезы к своей щеке, и это ощущение пронзает его насквозь… И, наконец, он закрывает ладонями ее рану и теплая кровь льется по его рукам. Отрывки, как заведенные скользили в его голове, казались приходящими из прошлой жизни. Той, в которой он мог заставить себя не думать об этом…

… Жизнь, потерявшая смысл уже не вчера, снова теряла его здесь и сейчас, когда все было почти ясным и таким понятным. Пройденный путь был бесконечным, без права на возврат и на конец. Без права уйти, исчезнуть, замести следы. Когда-то, придуманный в прошлой жизни план, исчезнуть с братом навсегда, теперь самому себе казался насмешкой. И была лишь цепь поломанных судеб и жизней. Цепь смертей, ожидающая сейчас перед дверью в операционную, где лежала Мелл. И не было больше ни причин, ни следствий, объясняющих, каким образом его жизнь превратилась в этот кошмар. Они уходили вглубь, прячась друг за другом, возвращая его ко времени, когда не было ни Фокс Ривер, ни всего остального, и делая поиск причины бессмысленным. Потому что он хотел лишь одного. Спасти жизнь брата. Пусть ценою своей собственной. А вокруг были жизни отца, Вероники, матери Эл Джея и множества, множества других, к которым могла присоединиться и Мелл. И все, что оставалось у него - лишь бремя бесконечных потерь, которое виной ложилось на изорванную в клочья душу. Он снова оставался один на один со своими утратами, глядя в лица тех, кого он любил, и кого не было рядом с ним. Расплачиваясь новыми потерями и новыми дырами в душе за стремление спасти и не отпустить единственного оставшегося у него близкого человека - брата.

Но это была и ее война тоже. Не он вовлек ее в этот водоворот. Но эти мысли никогда не спасали его, заставляя испытывать вину за случившееся. За то, что не смог предотвратить, предусмотреть, просчитать до конца….

… Минуты ожидания, растекаясь в воздухе, словно застывали, и, казалось, он, становится тяжелее и, подобно этим мыслям, давит и сжимает пространство вокруг. Мысли, беспрерывные мысли ударялись о сознание, в котором отстукивало время лишь одно - «Не уходи … ты обещала »…

Нет, она не обещала. Не ему. И, может быть, никогда не пообещает, оставшись мечтой, подобно множеству, которые он хранил с детства. Собирал их, стараясь справиться с ними один, открывая все новые и новые двери, за которыми эти неосуществившиеся мечты превращались в преследующие кошмары. Но это был бесконечный путь, и бесчисленные двери вставали перед ним, грозя закончить этот непрерывающийся круг дверью, с которой он ничего уже не сможет сделать. И подобной дверью была потеря Мелл.

Все снова стало простым и понятным, как в тот день, когда он принял решение сесть в тюрьму ради спасения Линка. И не было сомнений. Все было так, все было верным. Но не было плана и не в его силах было повлиять на то, что стало одним из самого важного, оставшегося у него в этой жизни.

Поднявшись с пластикового стула, разделенного со стулом Лиз несколькими подобными пластиковыми сидениями, Майкл, сделав пару шагов, уперся в противоположную стену коридора. Ожидание пульсировало в венах с каждым новым ударом сердца, и с ним же неизвестность отравляла мысли о том, что еще не поздно, не все потеряно…

Лиз, с опухшими, покрасневшими глазами, но уже переставшая всхлипывать, все так же молча продолжала сидеть, нервно крутя между пальцев свою Гарпию. В ее лице, лице человека, стоящего над пропастью, проступили жесткость и решимость к чему-то неясному, что было известно ей одной. Лезвие ножа ударялось о ее живот и ноги, но ей это не мешало, и она с той же настойчивостью продолжала теребить его.

Подняв лицо от своих рук, Лиз посмотрела на Майкла, уперевшегося в стену, и судорожно вздохнув, с трудом произнесла:
- А если…
- Нет. - Резко ответил он, обернувшись к Лиз. - Нет. Этого не случится.

Эти слова она, не переставая, повторяла про себя с того самого момента, как Мелл упала на землю, но мозг отчаянно жаждал услышать это от кого-то еще. Слышать снова и снова, что этого не случится. Пусть и от человека, который также как и она находился в полной неизвестности. Лишь бы слышать, что это не ее иллюзия и не самообман. Это правда. Иначе быть не может.

Острое лезвие ножа Лиз скользило по ее животу, но она продолжала не обращать на это никакого внимания. Внезапная мысль о том, что он, подобно ей, отсчитывает эти длинные, бесконечные секунды, и пусть его чувства не могли быть сильнее, но были такими же глубокими и режущими как и ее собственные, заставила Лиз снова посмотреть на Майкла. Странное ощущение, что Мелл принадлежит не только ей, пронзило Лизхен.

Почти с самого начала, всегда, почти всю жизнь, Мелл была лишь ее. И это знание, это чувство вселяли в Лиз уверенность в этом мире. Понимание, что она не одинока, что есть на этом свете человек, который принадлежит ей. Но теперь, глядя на Майкла, прислонившегося к грязной, облупившейся стене больничного коридора, не произнесшего почти ни слова, за все это время, но молчание которого говорило больше, чем что бы то ни было другое, Лиз с полной ясностью осознала, что Мелл перестала быть только ее. Именно тогда, когда и Майкл и Лиз могли потерять ее навсегда. Но в эти минуты, когда они застыли в этом вечном ожидании, Мелл принадлежала и ему тоже. Потому что, Лиз не нуждалась в словах для того, чтобы понять это, он чувствовал сейчас то же самое, что и она. Эта потеря становилась для него его собственной, личной… новой бездной.

Мозг был вывернут наизнанку происходящим, и, словно острое лезвие ножа безжалостно, одно за одной вскрывало ее раны, Лиз чувствовала, как все, о чем она так старательно избегала думать, встало перед ней во всей своей неизбежности. И она знала, что было тому причиной. Мелл была словно плотина, спасающая ее от этих невыносимых мыслей. И теперь, когда эта платина могла в любой миг рухнуть Лиз снова оказалась один на один с тем, что никогда и ничем не могло быть изгнано из ее сознания. Алдо. Всего лишь несколько месяцев назад все было совсем иначе. И теперь это казалось почти сном, почти счастливой, идеальной жизнью. И Алдо и Мелл были рядом, и Лиз знала, что она никогда больше не будет одна. Никогда. Потому что Алдо этого не допустит. Потому что он не оставит ее, что бы не случилось. Но он оставил ее. Несмотря на свое обещания. Оставил, с разбитыми мечтами и желаниями, впутавшуюся в то, что не имело возврата назад. Снова потерявшуюся в этом страшном, жестоком, безумном мире. И она даже не знала, как он ушел. Она сама не понимала, зачем ей так необходимо это знать, быть может, это было последним, что способно было навсегда и бесповоротно погасить в ней все еще тлевшую, жалкую надежду.

- Так долго… - Слова давались с трудом, и Лиз сама толком не знала, что именно хочет сказать, но ей было необходимо прервать эту больную тишину, необходимо было услышать какие-то слова.

Снова вернувшись к стулу, Майкл сел, и, запрокинув голову вверх, уставился в серый больничный потолок. Ожидание убивало, но вместе с тем сохраняло надежду. У него не было желания говорить, но, взглянув на Лиз, продолжавшую с непонятной ожесточенностью вертеть нож в руках, утыкающийся в нее саму, Майкл медленно произнес:
- Тебе не стоит играть с ножом в твоем положении.
- Какая разница. - Лиз почти была рада, что можно снова резко среагировать на то, что было ей так ненавистно. - Так даже лучше.

- В твоем состоянии ты можешь… - Помолчав, Майкл так и не договорил до конца.

- А может быть я этого и хочу. - Она и не собиралась притворяться, что все не так. - Я это ненавижу.

Повернув голову к Лиз, Майкл посмотрел на нее.

- Это твой ребенок. - Просто сказал он.

- Лучше бы его не было. - Лиз теряла контроль над собой, чувствуя, как ярость на этого ребенка поднимается в ней. Словно он был виноват в смерти Алдо и в том, что жизнь Мелл могла оборваться каждую секунду. - Я хочу, чтобы он умер.

- Ты так не думаешь. - Ожидание становилось невозможным, и Майкл, затылком ударяясь о стену, отсчитывал про себя секунды.
-Думаю. - Жестко сказала Лиз. - Я хочу, чтобы он умер. Его не должно быть.

- Завтра ты будешь думать иначе. - Мысленно он смотрел в широко распахнутые, карие глаза Мелл. - Просто сейчас ты боишься за…

- Я не буду думать иначе! - Перебила его Лиз и, поднявшись на ноги, прошла, подобно ему, к противоположной стене коридора. - Если бы ты знал правду, ты бы так не говорил. - Какая теперь разница и какой смысл в скрывании того, что вчера казалось необходимым скрыть, чтобы все получилось. Сейчас, когда она потеряла почти все, ничего уже не имело для нее смысла.

Майкл опустил голову, и, не произнося ни слова, выжидающе посмотрел на Лиз.

- Это ребенок Кранца. - Отчеканила Лизхен.

Вот и все. Пусть знает. Пусть она проиграет и эту битву тоже, как и все остальное в своей жизни.

Майкл поднялся со стула и, молча, сделал несколько шагов по направлению к двери, за которой находилась Мелл. Резко остановившись, он обернулся к Лиз и с едва уловимой усмешкой поинтересовался:
- Это тоже была часть плана моего отца?

Упоминание Алдо Майклом, ударило Лиз в самое сердце, заставляя с новой силой чувствовать реальность его ухода. Того, что как бы она ни хотела, что бы она ни делала ничего в этом мире не способно было вернуть ей его. И это каждую минуту будет отравлять ее. Навсегда останется ее углями. А он стоит здесь и с легкой усмешкой говорит не имеющие никакого отношения к Алдо слова. Слова, делающие больно ей, Лиз, потому, что она лучше всех знала, каким Алдо был на самом деле.

- Ты не знал своего отца. - Скривив губы холодно произнесла она.
- Да! Потому что он предпочел своим детям чужих людей! - Парировал Майкл, с трудом себя сдерживая.

Это был совсем не подходящий момент для подобного разговора. Не время и не место. Не тогда, когда жизнь Мелл измерялась секундами.
Но Алдо явился тем камнем преткновения, упоминание о котором снова всколыхнуло боль и разочарование длиною в жизнь обоих людей, стоявших друг против друга в пустом больничном коридоре.

- Тебе не понять. - Лиз подняла правую руку ко лбу, нетерпеливым жестом откинув челку, и усмехнулась почти точно также, как и Майкл, с той лишь разницей, что его усмешка была наполнена горечью, а ее жесткостью и злостью. Злостью на эту жизнь, на все, на саму себя. - Он пожертвовал своей любовью к вам, пытаясь дать вам единственно важное - безопасность! Ты понятия не имеешь, что для него значила разлука с вами. Он это сделал ради вас! Чтобы вас спасти. - Почему то, что было таким очевидным для нее, Лиз, было так недоступно его пониманию?
- Когда хотят спасти - не бросают! - Майкл отлично знал, о чем говорит. Отлично знал, что такое детское одиночество длиною в целую жизнь, что такое понимание, что отец их бросил, что значит быть одним, никому не нужным ребенком. И что значит, в конце концов, понимание того, что отец променял их на то, что казалось ему важнее, вместе с тем, почти вырастив чужих людей. - Не надо говорить мне о спасении. Бросить легче всего. Тяжелее остаться.

Лиз смотрела на него, и ей нечего было возразить. Да, в сущности, он был прав. Она и сама понимала, что не смогла бы бросить Мелл, ни за что на свете. Она осталась бы, ценою собственной жизни спасая то, что любит, то, что ей дорого. Медленно опустив голову, она, не в силах удержаться, и ненавидя себя за этот вопрос, почти шепотом, спросила:
- Он быстро умер?

Этот вопрос словно потушил все, что успело накалиться между ними. На какой-то момент, отвернувшись в сторону, словно еще раз проживая те минуты, ставшие последними для его отца, Майкл провел ладонью по короткому ежику своих волос, и уже более ровным голосом ответил:

- Быстро. Сразу же.

Лиз судорожно вздохнула и отвернулась от него, пытаясь пережить всю пустоту, скрывающуюся за этими словами. Она сама спросила. Она хотела знать и получила ответ. Он не страдал… Ей казалось, что эти слова подобно комьям земли, ударяющимся о крышку гроба, упали на ее сердце.

Майкл ничего не говорил, не пытался каким-то словом облегчить то, что чувствовала сейчас Лиз. Все было понятно без слов. Они оба еще долго будут переживать это. Каждый по-своему. Так, как мог. Смерть Алдо была отдельной утратой каждого, тогда как потеря Мелл могла стать их общей бездной.

Внезапно дверь операционной распахнулась, и вышедшая к ним сестра, с поднятыми руками в белых резиновых перчатках, окрашенных кровью, посмотрев по сторонам, произнесла:
- Пройдемте, вас хочет видеть доктор…

Она не шевелилась, продолжая держать руки в той же позе, но Майкл заметил ее странную бледность, тревожный бег зрачков и прерывистое дыхание. Казалось, она хотела что-то сказать и с трудом удерживалась от этого.

Кивнув им, она скрылась в операционной, оставив дверь открытой.

Лиз, стремительно, не раздумывая ни секунды, дернулась было вслед за сестрой, но Майкл остановил ее, вытащив из-за пояса пистолет Мелл, который он забрал, как только они подъехали к больнице.

- Уходи. - Прошептал он, и выражения его лица было достаточно, чтобы Лизхен все поняла. Обменявшись быстрым, выразительным взглядом, Лиз кивнула, а затем, метнувшись по коридору, исчезла за матовой стеклянной дверью.

Подойдя к самому входу в операционную, Майкл замер, крепко сжимая пистолет, а затем резко вошел внутрь, почти в то же мгновение вскинув руку с оружием, целясь в стоящего напротив, рядом со столом, на котором лежала Мелл, человека.

Картина, представшая перед ним, не требовала дополнительного пояснения. Это было именно тем, о чем он думал, когда гнал машину к этой больнице, пытаясь не опоздать.

В полузатемненном помещении, в котором ярко освещенным большой, круглой флуоресцентной лампой был лишь стол с Мелл, находились люди Кранца. Медицинский персонал, остановленный посреди операции, стоял вокруг стола под направленным, по всей видимости, на оперирующего врача, дулом пистолета. Еще трое стояли чуть поодаль, целясь в вошедшего в помещение Майкла. Худощавый тип в черном костюме, с серыми, мышиного цвета волосами, стоял рядом с Мелл и держал в руках трубку подачи кислорода. Тревожные сигналы, подаваемые аппаратами, выводящими на дисплеи кардиограмму и другие данные состояния оперируемого, не переставая мигали, царапая каждый нерв.

- Если вы не вернете трубку на место, она умрет. - Сдавленно произнес доктор, глядя прямо перед собой.
- Ты слышал, Скофилд? - И дружески усмехнувшись, обладатель мышиных волос поднял трубку подачи кислорода вверх, так, словно хотел, чтобы ее было всем видно.

- Подключите ее к аппарату! - Майкл продолжал держать, по всей видимости, главного на мушке, чувствуя, что это тупик. Времени ни на что не было. Мелл умирала прямо на его глазах. И он знал, что есть единственный выход, что-либо изменить, сохранить ей жизнь. Пусть и ценой его собственной.

- Не премину сделать это. После того как, ты последуешь за мной. - Все так же улыбаясь и растягивая слова, произнес агент Компании. - Не делай лишних движений. Я не получал приказ оставить ее в живых.

Он явно не собирался пускать в ход оружие, иначе этот разговор был странной, нелепой заминкой того, что они могли сделать в первую же секунду. Нет. Майкл отчетливо понимал, что нужен ему живым. Но время Мелл почти исчерпало себя. И ему оставалось только последовать предложенному варианту событий.

- Опусти пистолет на пол. - Происходящее явно забавляло агента.

Медленно опустив оружие, Майкл поднялся и в тот же момент агент с мышиного цвета волосами опустил кулак на его висок.

Оттерев кровь, Майкл успел бросить быстрый взгляд на белое, неживое лицо Мелл, когда к нему подошли двое и, приставив пистолет к затылку, вывели из операционной.

......................................................................................................................



Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..


Сообщение отредактировал Meise - Понедельник, 21.12.09, 01:15
 
Алекса83Дата: Вторник, 22.12.09, 19:08 | Сообщение # 571
Свой человек
Сообщений: 519
пользователь оффлайн
Вот сейчас подумалось, сколько времени прошло с тех пор, как мы с дорогими авторами последний раз встречались в этом разделе.... в этой теме.... ужас....
Но я рада, что ФАРС жив и процветает.

В прошлый раз, повторюсь, меня оЩасливили сценой Линка и Гретхен, но в этот......

Генерал и его бабуля подарили просто незабываемые минуты всхлипываний перел монитором.

Несмотря на то, что я до сих пор придерживаюсь мнения, что старый Джонотусику уж как то черезчур расчувствовлся по поводу сына, который еще и не точно именно сын, сцена комична до предела, так что про видение персонажей на время просто забываешь.

Quote (Livans)
- Отче наш, Ти що єси на небесах, нехай святится ім’я Твоє, нехай прийде царство Твоє, нехай буде воля Твоя… - Начал бубнить Джонатан,

ДжОнОтОн, который бубнит.... многообещающее начало. Жаль его не видят подчиненные, им и так тяжко, так хоть какой то бальзам на душу.... Эдакая корпоративная разрядка.

Quote (Livans)
называя странным словом Джонотусыку,

аж всхлипнула, когда читала, честно...

Quote (Livans)
- Джонотусику, милий, що сталося? Тобі болить?

БОЛИТ??????? biggrin :D biggrin :D biggrin :D biggrin
Но наверное, Генерал у которого БОЛИТ, еще страшнее, чем Генерал у которого не БОЛИТ.

Quote (Livans)
- Що таке, Джонотусику? Хто тебе образив*?
- Это все Скофилд… - Генерал чуть слышно всхлипнул.

Это невыносимо... Кранц жалуется на Скофилда... Представилось, как бубуля, побещав, что скоро вернется, притаскивает Скофилда в кабинет Кранца за ухо....

Quote (Livans)
- Ты учила меня всегда быть вежливым, смелым и верить в промысел Божий… -

О да, Джонатан! Ты с этом преуспел как никто..... wacko

Quote (Livans)
своим призрачным указательным пальцем.

ее призрачный указательный палец.... biggrin :D biggrin :D biggrin почему то возникло стойкое ощущение, что он еще и крючковатый

Quote (Livans)
- Бабуся любить тебе, Джонотусику! І вона хоче знати, що виховала добру людину! Чи мені знову взяти той вербовий прут?
- Только не прут! – Тут же среагировал Генерал, а его зад вдруг вспомнил воспоминания многолетней давности.

гыыыыыыыы..... прут...так вот с чем надо приходить к Генералу! с розгами! Когда Генерал начнет бегать вокруг стола, прикрывая зад, его люди получат второй заряд позитива...

Quote (Livans)
давно пора знайти гідну і єдину курку-несучку

да, именно ее.... я уже просто вою.... несучку.... что б она Генералу что нибудь снесла, голову например...

Quote (Livans)
Он тряхнул головой, словно пытаясь упорядочить весь калейдоскоп мыслей и от безумной «Я видел бабушку!» перейти к более адекватной «Пора прекращать пить коньяк по утрам».

вот все таки второе приоритетней... ибо такие нмера как явление мертвой бабушки с призрачным пальцем - это уже диагноз.......
"Меня зовут Джонатан, и я алкоголик" biggrin :D biggrin :D

Quote (Livans)
Генерал еще раз улыбнулся и, довольный собой, расположился перед своим паззлом.

ну куда же без этого wink я вот все думаю, что он сделает с тем, кто этот паззл нечаянно/специально перемешает....


Сообщение отредактировал Алекса83 - Вторник, 22.12.09, 19:09
 
LivansДата: Среда, 23.12.09, 20:57 | Сообщение # 572
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
Quote (Алекса83)
Вот сейчас подумалось, сколько времени прошло с тех пор, как мы с дорогими авторами последний раз встречались в этом разделе.... в этой теме.... ужас....

Дорогая, чем чаще ты к нам будешь приходить сюда в гости, тем чаще мы здесь будем встречаться, тем более, нам не надо говорить ты и сама отлично знаешь, как нам приятно видеть тебя здесь! wink happy

Quote (Алекса83)
Но я рада, что ФАРС жив и процветает.

Спасибо, Алюся biggrin .... мы это очень ценим! happy Думаю, опять же, ты сама знаешь насколько!

Quote (Алекса83)
Несмотря на то, что я до сих пор придерживаюсь мнения, что старый Джонотусику уж как то черезчур расчувствовлся по поводу сына, который еще и не точно именно сын,

О!!! Прямо дыхание жизни..... но почему так мало??? biggrin
Ну а почему собственно он не должен был? У Генерала отлично развито чувство собственничества, он прекрасно знает что есть его. Достаточно вспомнить как он "позеленел", когда понял, что Лиса на "мушке". А тут возможность сына, о котором он мечтал всю, прошу обратить внимание, всю свою жизнь. При любых обстоятельствах - это его ребенок, да еще и с полной вероятностью, то сын. Еще бы ДжонОтОну не трепыхаться по этому поводу....

Quote (Алекса83)
О да, Джонатан! Ты с этом преуспел как никто..... wacko

Вот предложение как предложение.... Короткое... в общем ничем совершенно не выделяющееся. Но Чорт (Акула, Кака и так по списку...)! Емко. О да.... Он, как никто другой преуспел в этом. Меня это твое предложение соврешенно из Фарса перенесло в канон.... слишком горькая фраза... (А все так хорошо начиналось... бабушка.... вербовый прут....)

Quote (Алекса83)
несучку.... что б она Генералу что нибудь снесла, голову например...

Тьфу... biggrin ... даже подавилась.... ну да... пусть снесет... несучка... голову... Генерал будет Щастлив, как никогда в жизни! )))))

Quote (Алекса83)
"Меня зовут Джонатан, и я алкоголик" biggrin biggrin biggrin biggrin

А вот тут подавилась еще раз... biggrin biggrin biggrin Меня зовут.... кхе..... открываем кружок по интересам.... каждому свое.... они вообще богаты на хобби.... biggrin


just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
Алекса83Дата: Пятница, 25.12.09, 20:27 | Сообщение # 573
Свой человек
Сообщений: 519
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Livans)
Спасибо, Алюся ....

Кхе.... ну ты поняла короче... минут десять меня мучал всего один вопрос....[/off]

Quote (Livans)
А тут возможность сына, о котором он мечтал всю, прошу обратить внимание, всю свою жизнь.

раз он так мечтал о сыне, чтобы ему уже давно не найти суррогатную мать, которая спокойно и без лишних движений выносит ему именно сына?

Quote (Livans)
Тьфу... ... даже подавилась.... ну да... пусть снесет... несучка... голову... Генерал будет Щастлив, как никогда в жизни! )))))

Генерал без головы - воистину Щасливейшее создание на земле biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin

Quote (Livans)
А вот тут подавилась еще раз... Меня зовут.... кхе..... открываем кружок по интересам.... каждому свое.... они вообще богаты на хобби....

ну если дальше так пойдет.... и он не перестанет пить коньяк по утрам... вероятность вполне велика....
 
LivansДата: Пятница, 25.12.09, 20:52 | Сообщение # 574
Бурундук Сип
Сообщений: 355
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Алекса83)
Кхе.... ну ты поняла короче... минут десять меня мучал всего один вопрос....

*Майкл снова...* biggrin biggrin biggrin
Нет ну прости.... а чего ты хотела???[/off]

Quote (Алекса83)
раз он так мечтал о сыне, чтобы ему уже давно не найти суррогатную мать, которая спокойно и без лишних движений выносит ему именно сына?

Кто? Гена...ерал??? СЧас.... Ты о ком? О ДжонОтОне Кранце? Сур-какую мать? Нет, ну дорогая... здрасте... Это вам не там, вообще-то... Это вам сам он, Генерал Кранц.

Quote (Алекса83)
ну если дальше так пойдет.... и он не перестанет пить коньяк по утрам... вероятность вполне велика....

А ведь она, паршивец, таки не перестанет! biggrin biggrin biggrin ...Он же все назло... все назло! biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin


just a little faith...

- Звезда на проводе. Я слушаю, Звезда.

 
MeiseДата: Пятница, 25.12.09, 21:34 | Сообщение # 575
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
Quote (Livans)
Спасибо, Алюся

Гыыыыыыы.... Ну вопрос не только ее мучил, собственно... biggrin

Quote (Алекса83)
раз он так мечтал о сыне, чтобы ему уже давно не найти суррогатную мать, которая спокойно и без лишних движений выносит ему именно сына?

Ой, я тебя умоляю.... Какую нафиг мать... Ему заняться чтоль нечем? У него вон война в Ираке. А тут он можно сказать вообще выиграл в лотерею... вот и вспомнил давно забытую мечту biggrin

Quote (Алекса83)
Генерал без головы - воистину Щасливейшее создание на земле

Скорее это существо, котрое ощастливит как минимум троих людей на земле.... wink

Quote (Livans)
А ведь она, паршивец, таки не перестанет! ...Он же все назло... все назло!

Да, назло своей репепутации и печени biggrin biggrin biggrin


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
Алекса83Дата: Суббота, 26.12.09, 15:01 | Сообщение # 576
Свой человек
Сообщений: 519
пользователь оффлайн
Quote (Livans)
А ведь она, паршивец,

biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin
и тебя с Рождеством, дорогая!

 
MeiseДата: Суббота, 26.12.09, 15:09 | Сообщение # 577
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
[off]
Quote (Алекса83)
и тебя с Рождеством, дорогая!

Она паршивец, у меня альцгеймер или того хуже, шизофрения... Рождество подкралось не заметно по ходу дела... И хорошо так подкралось...[/off]


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..


Сообщение отредактировал Meise - Суббота, 26.12.09, 15:09
 
NataliMДата: Суббота, 02.01.10, 11:46 | Сообщение # 578
Фанат
Сообщений: 179
пользователь оффлайн
С Новым годом, дорогие авторы! наконец-то я с вами!

Quote (Livans)
открываем кружок по интересам....

а чего бы тогда правду не сказать? biggrin "Меня зовут Джонатан, и я старый козел..." мне нравится этот вариант, но я, как всегда, не настаиваю smile
Мечтаю прочитать, как несучка снесла генералу... кхм...орудие производства...детишек. Потомки таких пiвней не должны попасть в этот мир! (патетически tongue ) К тому же это будет именно как его бабуля наверняка читала в любимой книге - "каждому по деяниям его" wink .
Кстати! Розги, если их хорошенько вымочить, отлично отсекают -отрубают - расчленяют, а не только секут филейные части. Тут достаточно умелой руки, хехе.
Как авторы думают...я не слишком жестокосердна? lol
Вот события у Мелл, Лиз и Майкла не порадовали. Но что ж делать...буду ждать развития событий. Они ведь будут? А то ведь закрутили интригу...и сколько ж ждать теперь продолжения? Я , как сами понимаете, хочу, чтобы все трое были живы, хоть относительно здоровы и самую малость счастливы...Потому как много счастья не бывает, увы.


Прав был профессор Преображенский - разруха начинается в головах.
 
MeiseДата: Суббота, 02.01.10, 13:05 | Сообщение # 579
Бурундук Хэйл
Сообщений: 518
пользователь оффлайн
NataliM, Наташенька, спасибо тебе огромное за этот чудесный постер! Улыбнул и придал сил! Да, тиграми становятся! Рррррррррррррррррррр! biggrin
Quote (NataliM)
"Меня зовут Джонатан, и я старый козел..."

Хрююююю... Так и вижу... lol lol lol lol

Quote (NataliM)
Мечтаю прочитать, как несучка снесла генералу... кхм...орудие производства...детишек.

Ну вобщем-то собственно не уточнялось какую именно голову ему снесут. А судя по всему мозг у него именно там и находится... biggrin

Quote (NataliM)
Кстати! Розги, если их хорошенько вымочить, отлично отсекают -отрубают - расчленяют, а не только секут филейные части. Тут достаточно умелой руки, хехе. Как авторы думают...я не слишком жестокосердна?

Добро пожаловать в клуб "Отсеки козлу филе"!!! biggrin Молодец, читатель, радуешь авторов своей тягой к насилию biggrin biggrin biggrin (Какие мы нехорошие и пускаем насилие в массы)))

Quote (NataliM)
Вот события у Мелл, Лиз и Майкла не порадовали. Но что ж делать...буду ждать развития событий. Они ведь будут? А то ведь закрутили интригу...и сколько ж ждать теперь продолжения? Я , как сами понимаете, хочу, чтобы все трое были живы, хоть относительно здоровы и самую малость счастливы...Потому как много счастья не бывает, увы.

Продолжение обязательно будет!!! Мы бы и сами хотели этим троим здоровья и щастья.. Ну может хоть в новом году повезет biggrin


Имей мужество пользоваться собственным разумом (с) И. Кант

- Звезда, прием, ты меня слышишь?..

 
Форум » Фанфикшен » Фанфикшен » Фарс. Скофшкитеры к бою (Новые неприятности Скофилда)
  • Страница 29 из 29
  • «
  • 1
  • 2
  • 27
  • 28
  • 29
Поиск:
Главная | Форум | Сериалы | On-line | Расписание | Рейтинги | Гостевая
Rambler's Top100 © 2009-2014 tv-shows.ru | © 2006-2009 prisonbreak-tv.ru |